(Глава 3) Юность


Это была еще не зрелая юность, когда жажда знаний перекрывала все остальные желания. Так неуютно стало жить от отсутствия понимания всего происходящего! Сознание просыпалось, но было таким беспомощным…

Сейчас, вспоминая себя в юношестве, я думаю, каким наивным и глупым был тогда. Но при этом целеустремленным, искренним и добрым. Так хотелось узнать, почему пропадают корабли в Бермудском треугольнике? Что за существа посещают нас на таинственных кораблях? Куда исчезают люди? Что за странности происходят в жизни многих людей? Правда ли, что нас кто-то создал? И если — да, то для чего? Почему я не помню, что было до рождения со мной? Вопросы, вопросы…

И однажды я решился! Не знал, к какой силе я обращаюсь, но был уверен: что-то или кто-то должен слышать меня, мои мысли, мои желания. Когда жить стало невыносимо, я обратился к этой таинственной силе и попросил дать мне знания, без которых существование уже не имело смысла для меня. Взамен я отдавал самое ценное, что было — собственную жизнь. Я готов был променять свою жизнь на глоток знаний о мироздании, но только не жить в неведении…

Не знал, и даже не догадывался, во что выльется мое желание! Я не мог даже представить, как изменится вскоре моя жизнь. Какими чудесами будет наполнен вскоре каждый мой день. Какие горизонты откроет мне небо, сколько подарков получу от той неведомой силы, что создала меня. Невероятно, но это пришло в мою юную жизнь и осталось по сей день…

Однако произошло все не сиюминутно. И мне хочется сказать всем, кто встает на тропу искательства: никогда не торопите события. Если вы просыпаетесь и готовы идти дальше того, что вас окружает, научитесь терпеть время. Вы не сможете войти в новое для вас, когда нет минимального терпения и покоя внутри. Это первое, наверное, чему не мешает научиться. Позже вы будете благодарны самому себе за это качество.

Когда началась моя трудовая деятельность, я был не обременен семейными заботами, воспитанием детей… Это были беззаботные, веселые годы, когда основным развлечением были шутки над взрослыми в рабочем коллективе, поиск подружек и чтение интересных книг. Мы увлекались фотографией, рисованием, музыкой, кино… Все это было, но главным моим увлечением стал поиск ответов на мои вопросы. Деваться было некуда, и оставалось только внутренне ждать и надеяться, когда же откликнется неведомое…

Но вначале нужно было пройти школу мужества — армию. Беззаботные, веселые дни закончились, и сменились они черными и страшными днями и ночами. Честно сказать, когда я прибыл на Кавказ, то испытал шок! После тепличных условий оказаться на зоне — это было как попасть на другую планету с другими законами и другими людьми. Я не думал, что с человечеством так «хуже некуда…» Вот где я узнал, что такое агрессия. Вот где мне показали, как ты не нужен и противен. Оказалось, что ты уже враг, и многие готовы убить тебя только за то, что ты есть.

Всегда старался воспитывать себя сам, и за несколько лет до армии стал готовить себя к служению Родине. Большую роль сыграли тогдашние фильмы про солдат. Очень хотелось быть достойной сменой нашим дедам и прадедам, которые спасли мир от фашизма. Всегда гордился нашими солдатами, молодыми девчонками, которые героически выстояли в те годы. Сколько вас полегло, родных наших людей! Ваш подвиг передается поколениям, идущим за вами! Я целую землю, в которой вы лежите… Молюсь за каждого из вас… Мне не забыть, никогда не забыть, что вы сделали для нас всех! Настоящие наши Герои!!!

Мои армейские будни были ужасны не от физических нагрузок — это было не проблемой. Человек привыкает не спать и пахать как бульдозер. Хуже обстояли дела с моим внутренним миром. В учебке еще была дисциплина, но когда я перевелся в регулярные войска, начался новый этап моей жизни — испытание на прочность. Я будто сдавал экзамен — могу ли называться мужчиной. «Интересно, — думал я в юности, — смогу ли выдержать пытки, если попаду в плен». И вот подобный случай испытать себя представился.

Непокорность, с которой столкнулись привыкшие опускать кого угодно, взбесила моих сослуживцев, потомков гор. Достоинство человека потерять просто, но нелегко его сохранить. Это были кошмарные ночи, это было слишком страшно, и я не знал, увижу ли утром солнце. Мое сознание много раз покидало меня от ударов, и тело уже привыкло к боли. Мне оставалось терпеть. Я не мог уже позволить себе сказать «хватит», не мог уже просить пощады. Боль оказалась не таким страшным испытанием, ее можно вынести. Можно привыкнуть ждать ее в любую минуту...

Сердце мое стучало как у кролика, когда наступала ночь. Страх возвращался, но тут же покидал меня после первых ударов по телу. И все начиналось сначала. Я видел парней, которые боялись боли и ломались. Мне было печально смотреть в их глаза. Но были и те, кто держался и оставался мужчиной. Мы немного искалечены этой школой, но потом, после, через годы, когда опасность подобного возникала, мне было уже смешно. Добиться чего-то от меня этим методом уже было невозможно.

Очень странно, но именно в армии я почувствовал, как сердце мое прощает этих людей. Это было так нелогично, но я отчетливо чувствовал — сердце прощает. Голова моя не понимала. Но так было приятно от этого чувства. Наверное, впервые оно дало о себе знать — мое сердце. Оно напоминало о себе и показывало себя во всей своей красоте. И заглушить это было невозможно. Все же травмы остались, хотя и не физические, а душевные. Но травмы души оказались глубокими, и ненависть однажды победила.

Моя рука поднялась, чтобы убить человека, но был кто-то рядом и спас нас обоих. Потом это повторилось, и я чуть не разбился на машине. Чудом не перевернулся, и, пока машина с разорванными колесами останавливалась, я все понял. Поблагодарил Бога за очередное мое спасение и со второго раза все же остановился. Оказалось, есть вещи, которые не покидают тебя десятилетиями. Я хорошо стал понимать тех ребят, которые прошли войну, «горячие точки», страх, потери друзей.

Когда ты возвращаешься и видишь «на гражданке» тех, кто в других условиях растерзал бы тебя, а здесь запросто живет рядом, ведет себя по-хамски, чьи извращения плохо скрываемы, когда на твоих глазах могут схватить женщину или сказать пошлость в ее адрес… Это нельзя было терпеть. И в мою жизнь пришла ненависть. Это страшное чувство, оно разрушает тебя, как ничто больше не разрушает. Приводы в милицию и бесконечные приключения на улицах моего большого города стали повторяться с пугающей частотой. Я влезал то в одну, то в другую историю, пока это не стало угрожать серьезными последствиями.

Милое дело было — поднять в воздух ногой столик лохотронщиков и заехать кому-нибудь из этих «друзей» по фейсу. Однажды перед поездкой в Италию на сбор йогов мне светило 15 суток. Трое доблестных сотрудников милиции учили меня уму-разуму дубинками в камере. Моя жена никогда не ходила со мной на рынок. Кавказцы… Я часто шел напролом, когда передо мной стоял кавказец. Мне довелось спасти нескольких девчонок от изнасилования кавказцами. Так получалось, что я оказывался рядом. Сказать, что я испытывал ненависть к ним – значит, ничего не сказать.

Эти приступы ненависти были на порядок сильнее меня. Я очень хорошо еще помнил армейские кошмарные ночи. Доходило до того, что я брал нож и выходил ночью на охоту. Жажда убить кого-нибудь из них была огромной. Никто из моих близких даже не догадывался о моих ночных вылазках. И частенько я кого-то спасал по ночам. Однажды летней ночью под моими окнами кавказец приставил нож к горлу девушки. Позже оказалась, что это сестра моего друга. Я успел выскочить, и все обошлось, но этот ублюдок убежал прочь. Потом я съездил в милицию и рассказал об этом случае, сообщил приметы. И сам начал охоту...

Стало очевидно для самого себя, что у меня психологическая проблема. Приходилось невероятными усилиями сдерживать себя. А тут еще Чечня! Покой был потерян окончательно. От телевизора не отходил, смотрел все новости подряд о боевых действиях. Сердце уже ныло от этой боли. От слез матерей, от бессилия. Хоть самому бери автомат. Но и в тылу была работа... А господам военным начальникам — ПОЗОР! По моему мнению, это одни из самых страшных преступников моей страны, угробившие часть генофонда России.

Прошло несколько лет. И, как ни странно, я стал вылечиваться от своей болезни дружбой с кавказцами. Все произошло случайно. Просто я чинил свою машину в сервисе, где работали азербайджанцы. И так получилось, что я познакомился со всеми ребятами. Это обычные трудяги, которые ползали под машинами с утра до вечера. Я узнал о жизни каждого из них. Мы часто беседовали с Рашидом, директором сервиса, о жизни и духовных ценностях. Мне всегда были рады, когда я приезжал.

И однажды я остановился, поняв простую вещь. Пользы от меня будет гораздо больше, если я поднимусь над этой ненавистью. Тогда одно лишь мое внимание сможет сворачивать горы и останавливать любую агрессию извне. Это было началом познавания очень и очень большой силы, спрятанной внутри. В это трудно поверить, но сила эта огромна. Мне понадобилось вначале освободиться от зависимостей, и тогда она проявилась. Однажды она показала себя во всей своей мощи. Это было похоже на совпадение. Может оно так и было, но случай этот был не единственный. Мысли каким-то образом начали материализовываться.

Однажды я сидел на крыше бокса с техникой и смотрел на горы, на эту чужую землю. На место, где мне пришлось пережить тяжелейший период своих юных лет. Тоска по дому, невыносимо медленно тянущиеся дни. Сердце почему-то в ту минуту будто открылось и просто ровно горело. Не знаю, почему тогда с моих губ вырвалась та фраза? Но я пожелал всему тому, что окружало меня, беды. И она случилась через неделю. Я смотрел на горе тысяч людей, и лишь догадки посещали меня...

Армия была позади, я летел домой, словно на крыльях. Мне хотелось встать на колени, когда я ступил на родную землю! Мне хотелось расцеловать каждого! Я шел по улицам и вдыхал родной воздух, я не мог насладиться ароматами женских духов! Вот мой дом, звонок. 

Никого… Не беда, я влез по пожарной лестнице в окно и дожидался своих. Мама, бабуля, мои родные!!! Все! Казалось, что уже все самое страшное осталось в тех далеких суровых горах. Те страшные ночи, то дерево, на которое был заброшен уже ремень, те чудовища в человеческом обличии. Все это было уже далеко…

Просыпаться и видеть небо, никуда не торопиться, есть сколько хочешь и идти куда хочешь… Это была свобода! Мне казалось, что я опять в детском садике, я снова ребенок. Здравствуй, мой мир, я вернулся… Как же мне было хорошо от всего! Я был самым счастливым человеком на земле! Первые недели подарили мне любовь к девушке. Окрыленный, я мечтал о простом человеческом счастье, о семье, о моих будущих малышах… Я не замечал, не хотел замечать мелких ссор окружающих. Мне не верилось, когда я узнавал, какие интриги плетут люди вокруг…

Люди, вы что? Неужели есть из-за чего драться! Неужели вы не видите, какой мир вокруг! Что можно делить и с кем! И вот она, та самая боль…. Вот верная подруга моя. Боль за нас всех. Боль, пронизывающая иголками насквозь. Она выворачивает тебя, она очень хорошо умеет это делать. Она выкручивает суставы, она разрывает грудь, она прибивает тебя к земле, она стонет твоим голосом… Бежать некуда, ты сам – эта боль. И это слишком жестоко и слишком больно. И ее так много, так много…

Я стоял под ночным небом, и слезы лились ручьем. Я смотрел на звезды и в мыслях своих кричал и звал на помощь. Мое существо отказывалось жить здесь, я кричал и уже хрипел, взывая о помощи к небу! Там, в нашем небе, я знал точно, там есть кто-то. Там должна быть помощь! Должна! Не может не быть, нет, нет, нет и нет… Не может быть, чтобы мы были брошены…. Никогда мать не оставит своего ребенка, никогда! Я не мог жить без смысла, не мог…

Отчаяние заполнило меня всего, боль и бессилие от незнания. Я превращался в страдание, в сгусток пронизывающей боли. Это был конец. Мне незачем было больше жить, я не соглашался с такой жизнью. Посмел не согласиться, и смерть стала делом времени. И уже было неважно все, заберите эту жизнь, что за польза в ней…. Жить как таракан, хапать как все, жиреть, удовлетвориться своим мирком с комфортом? Нет! Не пойдет! И я попросил тот самый глоток знаний. Тогда, стоя под небом…

И оно откликнулось! Я знал, знал, знал… Боже, Ты дал мне не глоток, Ты дал океан знаний, Ты искупал меня в них! Так что же Ты молчал раньше, Отец мой Небесный?! Чего же Ты ждал? И, видно, надо было дойти до мгновения, после которого ты готов потерять все, абсолютно все, ради истины! Мы даже не знаем, в чем она, но… Вот только тогда ты получаешь награду…

Все, что произошло дальше, не уложится в головах многих людей. Это слишком чудесно и слишком фантастично. Это слишком пугающе и слишком просто. Это иногда страшно, но только на первый взгляд. Познав малую часть этого, вы никогда не откажетесь от этого! Став крупицей этого, вы встанете на колени и будете рыдать от счастья и молить Бога Всемогущего принять благодарность вашу за новое рождение свое! Никогда большего не постигали вы! И теперь я говорю как свидетель: это реальность, которая рядом с каждым…