(Глава14) Мать у доктора.

1992-1995 годы. Шри Матаджи бывает в России каждый год. Открываются центры почти во всех городах. Учение Матери распространяется максимально быстрыми темпами. Музыкальные и публичные программы. Ребята с энтузиазмом делают работу.
В эти годы произошла интересная история. Мне довелось быть свидетелем визитов Матери к стоматологу. 

В то время у меня была жена Ольга. Она работала в нашей местной поликлинике зубным врачом. У нее легкая рука, и лечение всегда проходило достаточно комфортно. Многие из наших йогов прошли через ее руки.

Как-то раз позвонил Богдан и спросил, где моя жена? Мать в эти дни была в Москве. Я ответил, что жена где-то гуляет по магазинам. Богдан попросил узнать, есть ли возможность полечить зубы Матери? Я хорошо знал Богдана, подобные шутки не в его стиле. Позже выяснилось, что действительно Шри Матаджи нуждается в лечении. Такое сначала не укладывалось в голове.

Но раздумывать было некогда, я отправился на поиски Ольги. Узнав о предстоящей работе, жена моя переволновалась совершенно. Работа ответственная. Доверие огромное. Но что было делать, мы, конечно, начали подготовку. Ольга договорилась с начальством. Время выбрали под вечер, чтобы народу было поменьше и суеты. Наконец, все было готово. Кабинет убран, все чистенько и аккуратненько.

Мать могла, конечно, обратиться в любую клинику, но пожелала, чтобы Ее лечил кто-то из йогов. Моя задача была простой – помогать, чем смогу, и особо не мешать. Ну и жену успокаивать, конечно. К вечеру мы были готовы. Было лето, мы стояли у служебного входа и ожидали приезда Матери.

Наконец подъехала машина. Мать сопровождали Богдан и Эльганеш, женщина африканского происхождения, многие годы ухаживавшая за Матерью. Кстати, по словам Матери, Эльганеш – прямой потомок предков нашего поэта А. С. Пушкина. Надо сказать, внешнее сходство есть. Так или иначе, Эльганеш была всегда рядом с Матерью, день и ночь. Особенно в поездках.

Шри Матаджи вышла из машины. Ольга ожидала нас на четвертом этаже в своем кабинете. Мы прошли к лифту. Лифт маленький. Богдан с Матерью и Эльганеш вошли в лифт и нажали на кнопку четвертого этажа. Я пулей пролетел наверх – тогда еще мне это удавалось. И уже встречал лифт. В поликлинике почти никого не было. Ольга услышала звук открывающихся дверей лифта и вышла навстречу.

Мать улыбалась и извинялась за беспокойство. Мы уверяли Матушку, что это большая честь и постараемся сделать все возможное. Все прошли в кабинет. Мать усадили на стоматологическое кресло. Я уже не вспомню о нюансах проблемы, которая беспокоила Мать. После осмотра началось лечение.

Позже мы сидели с Ольгой на траве на заднем дворе школы, территория которой прилегает к нашему дому. Оля говорила, как волновалась и переживала, как тряслись руки. Ее можно понять. Такое не часто выпадает. Но первое лечение прошло более-менее хорошо, хотя были и сложности. Мы провели в кабинете несколько часов.

Тогда, после лечения, Мать рассказала нам, что у Нее никогда не было проблем с зубами. До 70 лет зубы Ее не беспокоили. Все началось с Ее родственников. Как-то раз Мать почувствовала себя плохо. Кто-то из родных предложил принять некие лекарства. Мать посмотрела на таблетки и поняла, что эти лекарства приведут к проблеме зубов. Но, как Она пояснила, Она не хотела расстраивать близких и согласилась.

И вот случилось так, что будучи в России, Матери понадобилось вмешательство врача. Мать еще, помнится, тогда пошутила:

— И потом, надо же когда-нибудь Мне узнать, что такое зубная боль.

Анестезия совершенно не действовала на Мать. Были сделаны несколько уколов, но ничего не помогало. Приходилось Матери испытывать боль. Я сидел у двери на полу и с ужасом слышал стоны Матери. Периодически подбегал и промывал плевательницу. Руками смывая кровь под краном, хотел только одного – быстрей бы это все закончилось. Чувство причастности ко всей этой истории держало меня в каком-то подвешенном состоянии.

Посещения Матерью нашей поликлиники стали регулярными. Последующие несколько лет Мать по нескольку раз бывала в кабинете у Ольги. После этой главы я опишу один сон, который приснился мне за пару лет до этих событий. Некоторые события, произошедшие в кабинете, были показаны мне заранее. А тогда, однажды нас с Богданом подозвала Эльганеш и попросила сесть у Стоп Матери. Мать в это время находилась в кресле и спала.

Часто Мать уходила в себя во время лечения. Свистит аппарат, Ольга, склонившись над Матерью, делает свое дело. А Мать спит! Мать где-то далеко в это время. Так необычно было наблюдать все это. Я не удержался и один раз установил видеокамеру. Никого не спросив, мысленно поклялся, что никому не покажу эту запись. Прося прощения, я снял присутствие Матери в кабинете. 10 минут съемки. Эту кассету нигде не могу теперь найти.

В то время мы только-только начали издавать первые журналы «Нирмала» с переведенными лекциями Матери. Я работал тогда в издательстве. Однажды я принес несколько номеров в поликлинику. Когда очередное лечение было закончено, я показал Матери журналы. Она взяла их в руки и стала рассматривать. На одной обложке Мать была сфотографирована в очках.

Я и не замечал никогда такой мелочи. Но Мать углядела кое-что. Как истинная женщина, заботящаяся о своем внешнем виде, Мать показала на фото и спросила про пятна. Очки давали эффект пятен у глаз, и Матери это не очень понравилось. Я пояснил, что это не брак, просто очки дают такой эффект.

Затем я похвастался, что теперь мы занимаемся рассылкой литературы по стране. Богдан с Сашей доверили мне это дело, и я с удовольствием занимался этой работой. Больше всего, рассказывая Матери об этой работе, я боялся, что Мать спросит о деньгах. Дело в том, что мне доверили делать наценки, и никто меня не контролировал. Но, как ни странно, Мать спросила немного другое:

— Ты не остаешься в накладе?

Я ответил, что конечно нет, все разумно и максимально дешево. Тогда Мать сказала уже утвердительно:

— Вы не должны оставаться в накладе, делая эту работу.

Я так и не понял, почему Мать сказала это. Понятно, что деньги в йоге – это особая тема. Здесь нужно быть очень осторожным и не впадать в иллюзию. Многие и многие потеряли голову из-за этого. Хотя что тут тяжелого. Я привык, что через мои руки шел большой поток денег и никогда соблазнов не было. Лишь в долг часто Саша позволял пользоваться деньгами. Зарплата была небольшой в те времена.

Когда проходило лечение, не обошлось и без курьезов. Богдан сам по себе часто нас смешил своей речью. Станцию метро «Лубянка» часто называл «Люблянка». И в такой манере речи он был неподражаем. Однажды в кабинете он умудрился насмешить меня до слез.
Такая вот картина. Мать полулежа находится в кресле. Оля инструментами что-то делает в полости рта. 

С другой стороны, наклонившись, стоит Богдан и с очень серьезным видом наблюдает за процессом. Я обращаю внимание, что галстук Богдана упал в плевательницу. Один вид этого зрелища поверг меня в истерический смех. Я просто уполз на карачках из кабинета в коридор, настолько смешно было это видеть.

Богдан, не меняя положения своего тела, проводил меня взглядом. Я отсмеялся и приполз обратно. Благо в поликлинике никого не было. Лишь взглянув на Богдана, не выдержал и, еле сдерживая смех, уполз обратно, прикрывая рот рукой. Богдан не мог понять, чего я ползаю туда-сюда. Наконец я показал ему рукой, в чем дело. Он, не разгибаясь, опустил глаза вниз и увидел причину моего смеха. Сам заулыбался. Вытащил галстук и тут же сосредоточился на лечении.

А я уже не мог просто. Только вспомню эту картину, и мне плохо от смеха. Ох и насмешил он меня в тот день. 

В общей сложности мы часов 15 провели с Матерью в поликлинике. Всегда Мать разговаривала с нами и что-то рассказывала. Шутила и смеялась. Однажды спросила нас с Ольгой о женитьбе. Мать интересовалась, проходили ли мы ритуал свадьбы в Индии?
Мы ответили, что нет. Тогда Мать сказала, чтобы мы непременно приехали в текущем году в Индию. Но мы сказали, что с радостью, но денег хватит только на одного. Неожиданно Мать повернулась к Богдану и сказала:

— Богдан, они должны приехать в этом году, оба. За Мой счет. Проконтролируй это.

Такого подарка мы не ожидали! Благодарили Мать, как могли. И действительно, в том самом году состоялась наша поездка. Это был 1995 год. Ритуал свадьбы прошел, наверное, только для меня, единственного из всех, мучительно. Физически это выдержать было сложно. Длится он с полудня и до ночи. На следующий день я еле встал.

Это было последнее посещение поликлиники. Помнится, тогда сразу после лечения Мать улетала. Сразу из кабинета Мать должна была ехать в аэропорт. Мы шли по коридору поликлиники. Мать держала Ольгу за руку и благодарила за оказанную услугу. Я как чувствовал и заранее предупредил жену:

— Если Мать захочет поцеловать твою руку, как хочешь выкручивайся, но не позволь это сделать.

И действительно, Мать попыталась поцеловать руку Ольге. Конечно, Мать делала это по-матерински, с любовью и благодарностью. Но мы знаем, Кем является Мать! Ольга удержалась и не позволила этого сделать. Тогда Мать взяла и обняла Олю и поцеловала в щеку! Так вот все и произошло тогда.

Как-то, встречая машину Матери, я стоял, как всегда, у служебного входа и болтал с охранником. Подъехала машина. Мать не торопилась выходить. Я открыл заднюю дверь машины. Шри Матаджи взяла свою сумочку и что-то начала искать. Затем достала часы и протянула мне.

— Подарок! Для тебя!

Я взял часы и поблагодарил Мать. Эти часы прослужили мне долгие годы, пока механизм не вышел из строя. Теперь они хранятся как один из самых дорогих подарков! Ольге Мать привезла однажды очень красивое зеленое сари, расшитое золотом!

Вот так однажды и произошла эта история. К некоторым эпизодам я, возможно, еще вернусь. Один раз я позволил себе настоять на своем. Умудрился перечить Матери. Хотел сделать как лучше, но вышло немного наоборот. Это было мне хорошим уроком впоследствии.
Для Ольги каждое посещение Матери было очень трудным физически. Большая 
ответственность, много различных нюансов. Жена рассказывала, что у Матери очень сложное строение и много особенностей. Будто все редкие особенности, встречающиеся иногда у людей, собраны у Матери. Это и тонкие каналы, и очень странной формы корни и т.д. Очень непросто было лечить Мать.

Так или иначе, но это уже история...

Март 2008 г.