(Глава 27) Богатая пустота

Становление. В чем оно? Для каждого по-своему, у каждого в свое время. Попробовать, разве что, придать форму этому? Непростая задача, надо сказать... Если все верно, если это – тот самый результат, может быть промежуточный, но результат...

Сброшены многие глыбы пустого груза, который нес многие годы, да что годы – жизни! Мы так удивлялись в начале проявлениям вибраций, многочисленным случайностям, превратившимся в закономерность. Мы не верили в проявления тонкого, когда оно проявлялось. Одним словом, мы становились!

Сегодня, сейчас, в зеркале души – отражение результата. Прежде всего, это осознание, вернее сказать, осознанность. Она пропитана свежестью, большим объемом. Ты ловишь себя на этом, смотришь на мир, и тебя нет как человека, это что-то большее уже. Она льется, будто перемещается океан. Ты чувствуешь, как стал больше, размеры твои весьма большие в осознанности. Спокойно в ней и величественно. Это величие столь прозрачно и мощно. Гордость рождается в величии таком.

Мир атакует постоянно. Правила, законы, цели и стремления – все, что навязывается извне, навязывается именно невежеством. Оно, по природе своей, должно атаковать, и оно постоянно рядом, пугает, уводит тебя, вешает вину, работу, боль, ненужную активность и многое другое. А ты вдруг увидел цену этому всему – и все, теперь тебя не переубедить, не сдвинуть обратно. Ты проснулся и засыпать больше не хочешь... никогда.

Сострадание к тем, кто не видит, кто не стал, не взлетел. Лишь первое время ты в печали, но теперь ты видишь эволюцию душ человеческих. Обычное дело, кстати. Это как перебраться на другой берег реки: смог, устал немного, но выкарабкался. Ухватился за траву, перекинул тело на сушу, оглянулся и смотришь на тех, кому предстоит только переплыть. Большинство ходит вдоль берега, ищет брод. Кто-то вошел в воду – и никак: ни назад, ни вперед. Кто-то решил плыть по течению, а кто-то уже близко, рядом, сейчас он окажется с тобой и станет братом, родственником, близким навечно.

Дела твои и заботы больше не имеют ценности. Ты теряешь их как стимул, как нечто, ради чего стоило жить. Смешно от воспоминаний, смешно смотреть на других. Этому смеху иногда нет конца. Но это не зло смеется в тебе, это победа над собой позволяет тебе смеяться теперь. И дела ты делаешь, как и раньше, заботы с обязанностями выполняются с прежней прилежностью. Будто ничего не изменилось, но только теперь свобода внутри, и знание, и ощущение цены соответствующей. И, как правило, все дешевое весьма, все стоит копейки считанные.

Оковы привязанности падут. И хотя не все стерто еще на моем листе белом, но я уже представляю, что такое чистый лист. Ты всю жизнь записывал, а оказалось, надо все стереть, все потерять, от всего отказаться. Я бы и записал слова нужные на этом листе, да становление этими словами приводит к пониманию, что форма обрамления звуками и буквами больше всего искажает картину, и ты только запутаешь других и сам останешься в плену слов. Но и сказать, что неверно все было, нельзя, просто новый круг. Кто знает, что появится на листе на новом круге?!

Бог говорит с нами сегодня простотой наипростейшей. Эту простоту иногда невозможно принять многим из нас. Мы приучили себя к сложности. Мы думаем, что сложное ценнее. Сов сем, похоже, и нет. Или, может, вчерашнее «сложно» превратилось в сегодняшнее «просто». Опять же новый круг, новая высота… Сколько их еще будет? Я смотрю сегодня на книги по философии человечества, которые двадцать лет назад казались сложными уравнениями, и улыбаюсь над этой азбукой человечества.

За такое короткое время Мать сделала нас проникновенными! В такие тонкости сущности самого мироздания проникли мы! Порой не верится в это. И хотя путь не пройден, но так далеко ушли многие от примитивности и невежества, так многим стали. Пока мы двойственны, и полной свободы нет, возможно ее и не будет. Но шаг, сделанный в этой жизни, огромен!

Сердце, познавшее вечное, запомнило. Оно теперь не ищет ничего, кроме вечного. Теперь мы не нуждаемся ни в чем, что познали ниже вечного. Легко расстаемся со всем, что не вечно. Легко распознаем невечное. 

И так неуютно становится, когда ты начинаешь менять вечное на приходящее. 

Останавливаешься и спрашиваешь себя: «Что случилось, почему я повернул в сторону, как я мог внимание свое подарить пустому, как я оказался в положении полета вниз?» Пользуемся тем, что мы, люди, легко возвращаемся, легко догоняем утерянное. И последствия не столь тяжелые, Мать потому что ведет нас! Терпением Ее, любовью Ее усеян путь наш!

И вот смотрю я на то, что вышло из всего этого. И сказать, по большому счету, нечего. В том смысле, что невозможно приблизительно описать это, столь прозрачно оно теперь. Столь тонка структура теперь моя, она будто и все, и ничто одновременно. Это удивительно и совершенно обычно. Привыкаешь к этому и остаешься радостью легкой, прощением, созерцанием, самой любовью. Ты просто имеешь место быть. Кажется, пуст совершенно, но в пустоте этой есть все, что только может быть.

Мои дети иногда спрашивают меня: «Папа, неужели тебе ничего не интересно, ты никуда не ходишь, не развлекаешься. У тебя нет увлечений. Как можно так жить?». И ты не знаешь, что ответить им. Как объяснить, что отшельником становишься для внешнего мира, в котором не так уже все ценно. Странно, они не очень замечают, когда ты говоришь о красоте природы, звездного неба. Ты преподносишь им окружающий мир как чудо, сотворенное Богом. Но разве для них это чудо? Пока для них чудо – электроника, виртуальный мир. Но всему свое время. Иногда, правда, они спрашивают о вечном, отзвуки искательства иногда дают о себе знать.

Ты в себе открыл горизонты огромные, ты познаешь внутренний мир, отдавая теперь лишь каплю внешнему. Конечно, ты непонятен теперь для других. И не хочется что-то доказывать, давно не хочется. Желания растеряны где-то по пути. Так часто хочется просто молчать. Смотреть, хочется просто наблюдать, превратиться в подобие видеокамеры и просто наблюдать, будто и нет тебя, превратиться в зрение, в созерцание. Оставаться в этой проницательной осознанности.

Удивительно, но когда это удается, пространство вокруг очищается. Ты, будто ничего не делая, умиротворяешь все вокруг. Люди обращают внимание на твои глаза, смотрят и меняются на глазах. Это уже данность, это действительно происходит. Этого уже нельзя не заметить. Ты будто побеждаешь ежемгновенно все вокруг или, правильнее сказать, заполняешь собой окружающее пространство. Ты будто генератор вибраций. Наверное, поэтому Мать нам говорила, что нет другого пути, кроме этого. Только так можно что-то изменить.

Самое интересное, что ты теряешь привязанность к желанию что-то менять в этом мире, улучшать его, помогать людям. Это исчезает, даже не думаешь об этом. Но именно тогда все и начинает меняться, именно так ты и помогаешь. Став смыслом, став качественно новым существом, ты, как никто, невольно становишься причиной глобальных изменений. Не об этом ли говорит нам Мать?! Не этого ли Она ждет от нас?! В свободе выбора мы можем перевернуть мир, избавиться от той самой негативности. Так немного для этого нужно на самом деле.

Существует такое мнение, что весь процесс вокруг надо принять как данность. Все само собой произойдет, что должно произойти. Это и так, и не так. Есть очень простые вещи, которые принято, наверное, воспринимать как желания. Но я уверен, что многие люди, те, кто считает, что не стоит вмешиваться в процесс, не откажутся от другого мира – когда твой ребенок идет гулять, и ты знаешь, что ничего с ним не случится; когда ты будешь знать, что никогда не заболеешь; когда ты будешь знать, что мир до конца останется мирным; и многое подобное.
Уже познана разница, уже есть с чем сравнить. Мы уже прошли все, что нужно пройти. 

Бояться за новые поколения уже, наверное, нет смысла. Они тоже уже знают, они тоже все прошли, ибо время это последнее, судя по всему. Генетика все хранит. Надо сказать, что на эту мысль меня постоянно наталкивает мой младший ребенок. Он, не зная страданий, каким-то образом ценит мир. Я смотрю на него и не перестаю удивляться. Я никогда его не ругаю. 

Кажется, он давно должен сесть мне на шею, но нет, он ценит заботу, благодарит. А ведь этому человечку сегодня только 10 лет. Откуда у него эта благодарность?! Старшая дочь, которая по уши в огнях современного мира, в последнее время тоже удивляет меня.

Излагая все это, я смотрю на Мать, на Ее реакцию. Я совсем не тяну на философа или гуру. Моих сил недостаточно для тонкого оформления. Мать не выражает отрицания, лицо Ее сейчас в покое, в голубизне, что ли. Жду. Мать начала кушать.

— Тебе не нужно ждать оценку от Меня.

В руках Матери рыба. Мать ест рыбу и показывает на горизонт. Та декорация, которая закрывала восход звезды, отваливается с левого края. Звезда уже видна. Вижу, что и йоги, сидящие перед Матерью, что-то едят. Похоже, трапеза в тонком мире...

Мать не сдерживает улыбку. Чувствую, как состояние мое меняется на 180 градусов. Ничего не хочется говорить. Смотрю на Мать, как Она кушает с аппетитом рыбку.

Пора, наверное, мне пойти поспать, за окном уже рассвет...

Май 2008 г.